Человек – это слово воплощенное. Что значит, слово воплощенное? Слова во плоти, во плоти тела, слова из плоти мысли.

Вот один из примеров. Я сегодня увидел Наташку. Она шла из поликлиники. Там ей сказали, что в легких у нее пятно, которое видно на рентгеновском снимке. Врачи решили, что это раковый метастаз. Я увидел Наташу, нет, не Наташу. Я увидел ее глаза, потому что больше ничего не было. Не то, чтобы ничего не было, просто ничего не имело значения. Значим был только взгляд, полный ужаса и отчаяния.

У нее трое детей, недавно умер муж, ей вынесли смертный приговор…

Глаза – это зеркало Души. Ее огромные глаза кричали и молчали одновременно… Не зря же говорят, словом можно убить, или напротив, окрылить. Если быть внимательным, можно заметить большое множество душевно-телесных ответов на те или иные слова. Эти душевно-телесные ответы несут в себе иногда боль, иногда омертвелость или отупение, иногда прилив сил, а в некоторых случаях их потерю и многое другое.

Я пишу «душевно-телесные» ответы потому, что при жизни тело и душа очень тесно связаны друг с другом. Вот и получается, причем получается не в итоге рассуждений, а в результате наблюдений, что я, как существо одушевленное, душой и телом отвечаю на слова в меня направленные. Я не только отвечаю, но и усваиваю эти слова. Усваиваю с самого раннего детства.

Я состою из них и очень ценю все, что легло мне в Душу и запомнилось в памяти. Ценю, наверное, потому, что считаю это свое содержание собой. Ценю безоценочно, потому как далеко не все, что усвоено мной, помогает мне жить или делает меня здоровым, и уж тем более счастливым. Но я не знаю, что это можно переделать. Свято храню и отстаиваю какие-то когда-то усвоенные мной убеждения, даже если они вредят мне изнутри, а их отстаивание портит отношения и приносит неудобства снаружи.

Интересно то, что я помню все, что когда-то легло в меня. Помню, даже если мне кажется, что я об этом забыл. Я помню, и мое тело не может не проявлять мою память. На теле эта память отражается в виде следов прожитой жизни. Все это видят, но почти никто не знает, что с этими, особенно плохими следами, можно расстаться. Расстаться можно, даже если проблема удерживалась годами или десятилетиями. Надо только знать, как это сделать.

Умение отыскать и устранить записанные в теле болезнетворные программы — это и есть главное при врачевании речью. Представленный авторский метод врачевания при помощи речи уникален. Этот вид врачевания не является гипнозом, внушением или аутотренингом, это не заговоры или молитвы.

На первый взгляд это обычный разговор, который ведется при ясном сознании. И в тоже время это не обычный разговор, так как он приводит к освобождению от сил, удерживающих болезнь. Освобождение от болезней, не поддающихся лекарственному лечению, при помощи речи в начале кажется чудом. Особенно если болезнь была тяжелой. Например, бронхиальная астма, ревматоидный артрит, или узел в молочной железе.

Но восприятие подобного рода выздоровлений в виде чуда исчезает, когда человек ясно увидит, из чего состоит его болезнь, и как она в нем удерживается. Есть в этом врачевании целый ряд особенностей.

Особенности эти относятся к знаниям об устроении человека в целом. Знаниям об устроении сознания человека. Знаниям о тех пространствах образов, входами в которые являются слова. Знаниям о связи тела и мысли, прежде всего, мысли наполненной чувством, так как именно эта очень важная грань в человеке, в первую очередь, меняется от действия слов. Знаниям о том, что такое ткань живого тела человека.